18.11.2019
Huawei и политика США

Huawei, государственный враг США

Рейтинг:  5 / 5

Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активна
 

Как китайский технологический концерн Huawei, второй в мире производитель мобильных телефонов и крупнейший в мире поставщик сетевого оборудования, хочет преодолеть последствия санкций США. Репортаж Die Welt из самого сердца государственного врага Соединенных Штатов.

Когда поезд прибывает в Верону, из динамиков на платформе, расположенной рядом с колокольней и известной ареной, звучит заезженный мотив Вивальди «Четыре времени года». До Парижа рукой подать, за несколько минут Люксембург и Гранада, до Оксфорда также легко дойти пешком. Пожалуй, нигде в мире Европа не объединена так, как здесь, в южнокитайском восьмимиллионном городе Дунгуань.

На площади 1,4 млн м2 , что равняется половине берлинского Ванзе, протянулся кампус Huawei, крупнейшего технологического концерна Китайской Народной Республики. Огромный комплекс сооружений скопированы из 12 европейских университетских городов, каждая оборудована подземным паркингом, супермаркетами и ресторанами. Между собой корпуса соединены железной дорогой, на ее 8 км курсируют поезда швейцарской фирмы Jungfraubahn. Есть в Дунгуане и Гейдельбергский замок. «Этот город олицетворяет вибрирующую смесь традиций и современности», — обосновывают свой выбор в Huawei. Кампус открыли в 2018-м, он гордость концерна. Здесь работает 25 тыс. людей. Цена проекта — €1,3 млрд. Скученные на горизонте небоскребы Дунгуаня словно из другого мира.

Huawei — это 5G, эпоха мобильности, интернет вещей, будущее. Ни один концерн мира не строит больше телефонных сетей и сетей передачи данных, ни один в этой области не проявляет лучшую изобретательность. Восемь лет назад на рынке мобильных телефонов Huawei был никем. В 2018-м компания продала 206 млн приборов, впервые более чем Apple, китайское дыхание в спину уже чувствует и лидер мирового рынка — южнокорейская Samsung.

Впрочем, сегодня второй в мире производитель мобильных телефонов и мировой лидер по поставке сетевого оборудования в глубочайшей за свою историю кризисе: китайский телекоммуникационный гигант попал в драматическую конфронтацию, в дуэль, в которой не вполне понятно, кто герой, а кто негодяй. Huawei в немилости у президента США Дональда Трампа: концерн подозревают в экономическом шпионаже. Например, в том, что в свое сетевое оборудование он встраивает скрытый доступ, которым для входа в системы может воспользоваться китайское правительство. Однако доказательств, что эти тайные двери действительно существуют, американские службы еще не предоставили.

То, что закон обязывает Huawei в сотрудничестве с китайским правительством, давно вызывает подозрения: в случае чего КПК нажатием кнопки может заблокировать сети Huawei во всем мире, ведь все китайские фирмы должны способствовать национальным службам безопасности в доступе к критической инфраструктуре.

"Это безумие. Мы такого никогда не сделаем, — заявил недавно Ричард Ю (50 лет), руководитель потребительского отдела Huawei. — Для этих обвинений нет никаких доказательств. Это все равно что я безосновательно назвал бы вас преступником. Ужасно!".

Американским фирмам больше нельзя сотрудничать или даже поставлять компоненты для Huawei. Это болезненный удар для концерна, который зависит от американских технологий, например от чипов Intel, программ Google или Microsoft. В середине мая Трамп выдал распоряжение, санкции дважды переносились и вот 19 ноября начнут действовать. Многочисленные американские фирмы уже уменьшили свои поставки, перевозчики со всего мира объявили о замене оборудования Huawei.

Новый мобильный телефон Huawei, также известный как Mate 30 Pro, который многочисленные знатоки отрасли считают лучшим в мире, пришлось выпустить без служб Google, без таких программ, как Gmail, Maps и YouTube, без Play Store, продающий приложения. Нет в приборах Huawei также Facebook, WhatsApp и Instagram. Правда, китайским клиентам Huawei от приложений Google пришлось отказаться еще в 2012 году, потому что они в Китае запрещены. Но и Google потерял из-за санкций важного клиента.

«Ничего из обвинений не соответствует действительности», — говорит Уолтер Й (40 лет), руководитель европейского представительства Huawei. Он считает свой концерн жертвой американо-китайской торговой войны. И это не первый случай: ZTE, китайский конкурент Huawei, также попал в черный список американского правительства в 2016-ом. Это нанесло концерну с 80 тыс. работников такой ущерб, что он оказался перед угрозой коллапса. Сразу после личного звонка президента Си Цзиньпина Дональду Трампу тот удалил концерн из черного списка. ZTE пришлось сменить весь совет правления и заплатить миллиардный штраф. Возможно, в деле Huawei удастся достичь подобного компромисса. Однако за год до выборов американский президент, вероятно, захочет продемонстрировать силу, поэтому ситуация в дальнейшем будет обостряться. Финансовый директор Huawei, дочь основателя фирмы Рена Женфея (74), по его указанию уже была арестована в Канаде. До решения дела о ее выдаче США женщину выпустили под многомиллионный залог и на строгих условиях.

Конфликт затронул и Германию. На важнейшем зарубежном рынке на Huawei работает 3 тыс. работников в 18 локациях. Здесь концерн имеет два исследовательских центра в Нюрнберге и Дармштадте, а также центральный офис для Западной Европы в Дюссельдорфе. Сети Deutsche Telekom, Telefónica и O2 работают на базе Huawei: почти каждая вторая передающая башня китайская. SAP и BMW — компании-партнеры, как и Leica для телефонных камер или Porsche Design для люксовых версий. «Германия — один из наших важнейших стратегических рынков», — говорит менеджер европейского направления Уолтер Й. С 12% рынка Huawei на третьем месте после Samsung и Apple.

Однако политические споры, которые обострились вплоть до торговой войны, не везде нанесли убытков. «В первые две-три недели конечные клиенты были дезориентированы и мы ощутили значительное падение оборота, — объясняет европейский руководитель. — Но когда мы сигнализировали, что пока ничего не меняется, и гарантировали качество и сервис, то снова быстро завоевали доверие. Теперь мы уже почти восстановились». Немецкие мобильные операторы, в отличие от их аналогов в Великобритании или США, не обращают внимания на санкционную политику Трампа и сотрудничают с Huawei. А из Берлина вместо запретов поступили лишь повышенные требования безопасности для всех поставщиков.

Huawei — отдельный мир

Поездка платным автобаном, которым тянутся бесконечные колонны грузовиков рядом с китайскими малолитражками, японскими машинами среднего класса и немецкими люксовыми авто, длится четверть часа. Дорогой до Шэньчжэня, расположенного непосредственно на границе с Гонконгом, осматриваешь многочисленные строительства, десятки настоящих полицейских машин и столько же муляжей, каждый метр пути записывают вездесущие камеры наблюдения.

Штаб-квартира Huawei расположена сразу за Шеньчженем, ограничена металлическими сетками и стенами, на воротах устроены шлагбаумы и стоит охрана. В мегаполисе электроники Шэньчжэне свои офисы имеют многочисленные стартапы, интернет-концерн Tencent, производитель дронов DJI и автоконцерн Build Your Dreams. Здесь тайваньское предприятие Foxconn собирает айфоны Applе. Некоторые компании так велики, что своими небоскребами и офисными центрами творят целые кварталы. Шэньчжэнь — всемирная фабрика электроники.

На 2 кв. км территории Huawei работают почти 40 тыс. лиц. Здесь собственные спортивные площадки, гостиницы, даже университет и больница. «Когда в 1993-м я стал работать на Huawei разработчиком программ, нас было чуть больше чем 300 работников и оборот составил $10 млн», — вспоминает нынешний шеф Huawei Эрик Шю, который так себя называет, на самом же деле называется Сюй Чжицзюнь. Сегодня он на вершине руководящей структуры, которую вполне можно назвать своеобразной. Длительное время на руководящей позиции каждые полгода менялись трое человек. Недавно перешли к системе, когда на должности так называемого головы чередуются три менеджера. Эрик Шю ответственен также и за ежедневные дела. "Мы верим в мудрость коллектива, — говорит европейский руководитель Уолтер Й. — один глава — специалист по финансам и оперативным делам, второй — по политике персонала, третий — по исследованиям и разработкам. Это одна из лучших систем, которую я видел в крупных концернах». Если все хорошо, то эти трое принимают решение единогласно. Если нет, то последнее слово за актуальным головой. В стратегических делах право вето может применить формальный руководитель фирмы Рен Женфей.

Конструкт действительно успешен. Сегодня на Huawei работает 180 тыс. человек (почти вдвое больше, чем на Google), оборот составляет $105 млрд, прибыль — $8,6 млрд. Более половины доходов Huawei получает в Китае. Со значительным отрывом фирма — мировой лидер по поставке мобильного оборудования и второй номер по продаже мобильных телефонов. Способствовали быстрому росту невероятный экономический подъем Китая, отграниченный внутренний рынок и 30-миллиардный кредит государственного Банка развития Китая. Ведь китайское правительство считает Huawei флагманом своего длительного технического рывка с целью догнать Запад.

Однако предприятие не в государственной собственности. Huawei, как говорится, по форме своеобразный кооператив, к которому через фантомную акцию привлечены работники, причем китайцы значительно мощнее иностранцев. Однако право решения с этим, конечно, не связано. В случае увольнения долю необходимо вернуть, в случае выхода на пенсию она остается и дальше приносить дивиденды. Эти акции не продаются. Крупных собственников не раскрывают. Единственное, что известно: основатель Рен Женфей имеет 1,14% акций. Выход на биржу и связанные с этим предписания прозрачности пролили бы свет на ситуацию. Однако вхождение на рынок капитала не обсуждается, особенно учитывая последние события: «Если бы мы были фирмой, которая торгуется на бирже, то что произошло бы в случае нашего попадания в санкционный список?» — спрашивает руководитель Сюй. Также он боится за мотивацию работников, если акции будут выпущены на биржу: «Мы хотим, чтобы наши работники свой достаток выстраивали медленно. Если они внезапно разбогатеют, то центральные сотрудники уйдут из компании, некоторые даже уедут из страны. Мы уже видели такое в других китайских предприятиях».

Непрозрачность не ослабляет обвинений в том, что концерн является инструментом правительства. Особенно учитывая то, что основатель Рен Женфей к своей предпринимательской карьеры был гражданским служащим в Народно-освободительной армии Китая, а сегодня имеет тесные отношения с партийными грандами.

Нелегко хорошо относиться к компании и по другим причинам. То и дело появляются заявления, что работники собирают информацию о деловых партнеров и служащих и передают ее в китайское посольство. Об этом недавно сообщил чешский журналист. В начале года одного из работников Huawei арестовали в Польше по обвинению в шпионаже. Кроме того, говорят, что концерн похитил индустриальные тайны T-Mobile US, дочерней фирмы Deutsche Telekom, и препятствовал юстиции, а в Северной Корее выстроил сеть мобильной связи и обслуживал ее, нарушая тем самым международные санкции. Список можно продолжать.

Впрочем, все это мелочи по сравнению с обвинениями правительства США. То, что в приборах Huawei есть тайные лазейки, через которые доступ могут получить китайские службы или правительственные хакеры, компания решительно отвергает: в приоритете защита данных, все предписания по защите данных «соблюдены и дополнены внутренними нормативами». США не могут предоставить доказательства своим обвинениям: если бы на руках было что-то конкретное, это точно уже обнародовали бы.

Роберт Ганниген, бывший глава британской спецслужбы GCHQ, говорит, что британские службы с 2010 года имели доступ к исходному коду Huawei и во время регулярных проверок не обнаружили ничего подозрительного. «Охоте на ведьм не хватает фактической базы», — констатирует руководитель крупного мобильного оператора, который хочет сохранить анонимность. Что зато известно благодаря Эдварду Сноудену: США шпионят, как в частных женевских банках, так и в Blackberry Ангелы Меркель и компьютерах сотрудников ООН. Известны также случаи, когда спецслужбы Соединенных Штатов перехватывали на пути к клиентам приборы американского производителя Cisco, оборудовали их шпионской техникой и отправляли адресатам. А Patriot Act, изданный после терактов 11 сентября, до сих пор позволяет Агентству национальной безопасности (NSA) во всех американских фирмах иметь доступ к данным пользователей и клиентов без необходимости их об этом информировать.

Для правительств, провайдеров телекоммуникационных услуг и их клиентов вопрос стоит лишь в том, чей шпионаж им милее: кристально чистой диктатуры или демократии?

Huawei-чемпион мира по патентам

На пятом этаже штаб-квартиры в Шэньчжэне, большое стальное сооружение с изогнутым стеклянным фасадом, фотографировать категорически запрещено. В кабинках около 300 работников, спина к спине, каждый перед двумя мониторами. Знак фирмы со стилизованной хризантемой даже на стульях. Здесь один из 14 центров разработки Huawei. Исследователи гордо демонстрируют, как используют искусственный интеллект для улучшения качества фотографий, для экономии тока во время использования мобильной сети или для управления самоходным авто.

В деле исследований и разработок Huawei гигант: за прошлый год фирма выделила на это около $15 млрд, четвертое место после Samsung, Alphabet (Google) и Amazon. В следующем году этот бюджет планируют увеличить на 30%. Два года назад в Европейское патентное ведомство Huawei подал 2398 изобретений, больше за любую другую компанию. В новом мобильном стандарте 5G Huawei контролирует одну пятую рынка, здесь каждый шестой патент в мире приходится на китайцев. Во всем мире Huawei имеет почти 30 исследовательских и конструкторских центров, в которых работает примерно 80 тыс. лиц. Европа — второй по значению после Китая рынок и центр китайцев в технологии и инфраструктуре 5G. На старом континенте работают 12 тыс. лиц. И китайцы хотят расширяться, зато в США они исследовательские центры сократили: там уволили 600 из 850 работников.

Спортивный и культурный центр в Дунгуане хорошо заполнен. В начале сентября здесь перед 15 тыс. фанов происходили групповые игры чемпионата мира по баскетболу. Теперь на трибунах 5 тыс. разработчиков. На игровом поле стоят огромные мониторы за сценой 50 м в ширину. Когда на нее под воинственную музыку выходит Ричард Ю, публика взрывается аплодисментами. Руководитель потребительского отдела с энтузиазмом сообщает новые цифры успеха, подкрепленные кривыми, которые стремительно поднимаются. В области ноутбуков оборот утроился, в области малых портативных приборов, как часы, удвоился, продажи телефонов выросли на 24%. Но он добавляет: «Мы могли бы иметь лучшие показатели. Если бы не санкции, среди смартфонов мы были бы мировыми лидерами».

Важнейший пункт Ричард Ю не придерживает на потом, как когда-то Стив Джобс («One more thing»), а прямо говорит о нем. Под восторженные возгласы пятитысячной публики, среди которой многие работники Huawei, Ю презентует собственную операционную систему Harmony OS. До сих пор она применяется только в телевизорах, и вскоре появится в самых разнообразных приборах, часах, ноутбуках, автомобилях. Собственная операционная система призвана прежде всего уменьшить зависимость от Google. «Работать над ней мы начали еще в 2017-м, — восклицает со сцены менеджер. — Для адаптации системы под смартфоны нам понадобится всего несколько дней».

Однако много это не даст. Вне Азией Harmony вряд ли имеет шансы на успех. Без собственных мобильных приложений в ней нет смысла. На Android от Googlе доступны почти 4 млн приложений, сам Huawei в настоящее время предлагает только 11 тыс. Но даже если предложение невероятно возрастет, надеяться на то, что она хотя бы приблизится к предложению Google, не приходится. Список тех, кто потерпел на этом поле поражение, длинный: Blackberry, Nokia, Microsoft и т. д. Даже лидеру мирового рынка Samsung не удалось продвинуть Linux-подобную операционную систему Tizen как альтернативу Android. Даже если бы это удалось, для развития конкурентного предложения нужно три-пять лет, считает председатель Эрик Шю: «Мы четко заявили, что Harmony не первый наш выбор. Но если мы больше не сможем пользоваться Google и его приложениями, нам не останется других вариантов».

Поэтому Huawei выступил с мировым предложением: хочет продать все 5G-патенты и исходные коды одному или многим заинтересованным, даже западным конкурентам. Тогда покупатели могли бы убедиться, что в программы не вмонтированы никакие тайные щели, и развивали бы технологию по собственному вкусу, без влияния китайского государства. Такое же право имел бы и Huawei.

Но какой конкурент этим заинтересуется, в частности из чувства гордости за собственную систему? Кто может себе это позволить, несмотря на цену патента, которая достигает десятков миллиардов долларов? И изменится ли тогда господствующее положение Huawei среди операторов мобильных сетей? Это было бы огромным шагом, еще небывалым в истории техники. Однако такое предложение демонстрирует отчаяние Huawei.

Санкции стоили Huawei $30 млрд

На стенах производства в Шэньчжэне мотивационные плакаты: «Настаивайте на самосовершенствовании», а еще на китайском и английском «Крупнейшим банкротством является разочарование, тогда как величайшее достояние — это надежда».

На 1,4 кв. км здесь размещаются 25 тыс. работников Huawei. В начале смены они выстраиваются парами, как в армии, а тогда вереницей проходят павильоны. 20-часовой рабочий день: две смены по 8 часов, плюс каждый работник по 2 часа трудится сверхурочно, скорее принудительно, чем добровольно. Каждые два часа десятиминутная перемена, еще 90 минут на обед. И это в течение шестидневной рабочей недели. "Мы, китайцы, работаем очень тяжело", - рассказывает Чарльз Квиань, когда мы идем производством. Фотографии 61 работника, что работают лучше всех, висят на стенах с их шестизначными номерами и очень коротким признанием их заслуг. За несколько метров дальше висит таблица желаний, на которой работники повесили записки в форме сердечек и цветочков: «Вперед, Huawei, к 5G в Брюсселе!», «Я люблю свою работу».

Здесь, в Шэньчжэне, производят P30 Plus — лидера продаж среди мобильных телефонов Huawei. Крошечные компоненты, некоторые едва заметны невооруженным глазом, прилепленные на ленты, похожие на видеопленки и автоматически подаются к около 20 промышленным роботам. На 120-метровой производственной линии лишь несколько человек: 17 операторов, которые в зависимости от задачи носят разные фуражки, восстанавливают ленты, проверяют качество и упаковывают готовые приборы. До обеда они изготовили 101 P30 Plus, качество 98 из них соответствует готовности к продаже. Запланированная дневная выработка-2,8 тыс. штук. В этом павильоне 10 таких производственных линий. Всего на территории 60 павильонов.

Компания предполагает дальнейшее повышение объемов производства. Вполне вероятно, что Дональд Трамп сломает ее планы. В прошлом году Huawei купил в Соединенных Штатах приборов и программ на $11 млрд, это около одной седьмой общего объема закупок. Теперь придется найти новых поставщиков, что довольно сложно, а для некоторых компонентов, как от Google или Microsoft, вообще невозможно.

Первое предчувствие китайцы имели в середине сентября, когда представляли в Мюнхене свой флагман Mate 30 Pro в самой дорогой версии за €2,1 тыс. Его выпустили со старшим и более слабым вариантом Android из открытого доступа. Смогут ли клиенты установить на прибор приложения Googlе, например Maps или YouTube, неизвестно. Huawei впервые перенес появление прибора на европейском рынке. Сомнительно, найдет ли он когда-то в изобилии покупателей вне Китая. И каждая новая презентация Huawei в будущем может столкнуться с такой проблемой. Это очень существенно: 40% смартфонов стоимостью около $20 млрд концерн продает за пределами Китая. По крайней мере до сих пор.

В этом и следующем году санкции обойдутся Huawei в $30 млрд оборота, считает основатель Рен Женфей. Но потерь фирма все же не испытывает. Воинственно настроен и голова Эрик Шю. «Мы выдержим», — говорит он.

  1. Последние
  2. Популярные
Загрузка...

Новости технологий сегодня

Самые популярные метки